Армения и Азербайджан: в поисках лучшего правления

Кеворк Осканиан

Нагорно-карабахский конфликт является одним из неразрешенных конфронтаций, оставшихся в наследтсво от последних дней Советского Союза. Соглашение о прекращении огня в 1994-ом году “заморозил” кофликт между воюющими сторонами. За исключением случайных, локализованных случаев нарушения перемирия, неспокойный мир между Арменией и Азербайджана был достигнут. По существу, однако, мирные переговоры под председательством трех сопредседателей Минской группы ОБСЕ не обвенчались успехом. Настаивание Армении на праве на самоопределение и приверженность Азербайджана к приципу территориальной целостности сделали решение проблемы практически невозможным.

Бескомпромиссность в этом конфликте имеет свои последствия (и причины), которые потенциально выходят далеко за пределы Южного Кавказа. В начале 1990-х гг. Нагорный Карабах был сценой кровавых войн бывшего Советского Союза, в результате которой погибло 30.000 человек и миллионы людей стали беженцами и вынужденными переселенцами. Даже по самым скромным оценкам, возобновление войны вооруженными до зубов обеими сторонами с наращиванием вооруженных сил в течение многих лет может оказаться непоправимой ошибкой.

Степанакерт, Нагорный Карабах © Онник Крикориан / Oneworld Multimedia 1994

И в то время, как открытая война по-прежнему представляется неопределенным, дорогостоящим и, следовательно, иррациональным выбором для обеих сторон, необходимость разрешения конфликта военным путем в настоящее время больше всего озвучивает Баку. Вопрос состоит в том, может ли многомиллиардный военный бюджет Азербайджана убедить азербайджанских политиков, что война может быть выиграна. В любом случае, бряцание оружием за берегами Каспийского моря мало что действует на армянское нагорье. Ереван продолжает настаивать на статусе независимости Карабаха де-факто (если не де-юре) и любые предложения о возвращении Азербайджану оккупированных (по националистическому жаргону “освобожденных”) земель втречает истеричную и тревожную реакцию, особенно, в оппозиционных кругах.

Нагорно-карабахский конфликт является хорошим примером того, что социологи назвали бы проблемой структуры и фактора. Нет никаких сомнений, что большинство людей в Армении и Азербайджане желают мира. Препятствие в достижении соглашения состоит в ограниченной способности любого человека формировать свою социальную среду так, как ему хотелось бы. Эта способность (фактор) ограничена, так как она сталкивается с ценностями, которые регулируют соответствующие поведения в рамках данного общества, или же противоречит интересам большинства в статусе-кво (структуре). Некоторые граждане и политики, возможно, захотят изменить ситуацию, но достаточно скоро получат отпор со стороны националистических норм, которые по-прежнему управляют их обществом, или же от незаинтересованности России в фундаментальном решении вопроса (отсутствие России в главной роли в качестве гаранта или насильственное восстановление российской гегемонии в регионе).

Какой бы не был мир, националистические боги должны быть удовлетворены, и мать Россия должна оставаться довольной. И, поменьшей мере, это серьезное ограничение.

Темные призраки национализма продолжают пронизывать и удерживать в заложниках как армянское, так и азербайджанское общества путем выборочных историй о страданиях, которые лежат в основе страха и ненависти. Рацональный подход к решению вопроса провалится, когда правящая партия Армении считает социально приемлемым идейно вдохновляться открыто со стороны нацистского сотрудника, или когда вооруженные силы Азербайджана считают целесообразным сравнивать с землей огромное пронстранство исторических армянских кладбищ. Бывший президент Армении говорил об “этнической несовместимости” армян и азербайджанцев, в то время, как его азербайджанский коллега время от времени радостно претендует на столицу Армении, Ереван; в этом они оба могут рассчитывать на значительную степень социального одобрения. Политики с обеих сторон не стесняются в выборе средств с целью любой пропаганды для сохранения плодов “этнической чистки” или угрозы отомстить этнической чисткой во имя борьбы против “исторической несправедливости”.

Любые инициативы гражданского общества в пользу мира должны преодолеть эти темные призраки, прежде чем стать эффективными.

Военнопленный азербайджанец, Степанакерт, Нагорный Карабах © Онник Крикориан / Oneworld Multimedia 1994

Незаинтересованность Москвы в фундаментальной резолюции также является одним из тех структурных факторов, которые препятствуют достижению мира между Арменией и Азербайджаном. Нагорно-Карабахский конфликт, во многом, лежит в центре многих трещин, которые проходят через регион и является одним из главных причин, препятствующих появлению независимого и всеобъемлющего сотрудничество на Южном Кавказе. Хотя многое действительно зависит от (незрелой) внутренней политики обеих стран, Российскай Федерация, несомненно, незаинтересована в открытом, интегрированном и независимом Южном Кавказе вне своих собственных условий; Грузия, Армения и Аербайджан должны оставаться в пределах её сферы “привилегированных интересов”.

И если Армения и Азербайджан придут к соглашению, то это должно произойти на условиях Москвы. В противном случае, Россия должна будет ловко балансировать одной стороной против другой без какой-либо возможности достижения “прекращения”, или же обе стороны перейдут к открытой войне (которая также не в интересах России в силу её больших региональных амбиций). Несмотря на свои открытые заявления о необходимости окончательного решения, официальная Москва предпочитает держать ситуацию в подвешенном состоянии, опираясь на давние традиции “разделяй и властвуй”, отточенные в течение двух столетий имперского господства, что является еще одним препятствием на пути к миру.

Значит ли это, что регион безнадежён? Можно ли пойти против этих структур и изменить эти общества и их укоренённые представления в определенном направлении против воли русского медведя? Принятия того факта, что “структура” существует, не означает подчинение детерминизму или фатализму, как и не освобождает местных и зарубежных участников от их моральной ответственности попытаться отдалить свои общества от мракобесия и идолопоклонства этническому национализму. От Запада, таких организациий, как ЕС и СЕ и других влиятельных политических участников, а также научных кругов следует ожидать более решительного вызова против деградирующих суеверий, царящих в регионе, вместо своего обычного молчаливого согласия или безразличия из-за “местных особенностей”, энерго-ресурсов и внутренних избирателей.

Несмотря на все препятствия, простые граждане в регионе в силах, чтобы создать группу миротворцев, которые предлагают альтернативный подход, подчеркивающий (много) общего и схожего между различными этническими группами, которые когда-то были частью единого культурного региона. Но, пожалуй, самое важное в становлении участником, а не жертвой истории заключается в том неуловимом явлении, что называется “дальновидный государственный деятель”, которое сильно не хватает этом многострадальном регионе.

Кеворк Осканиан является докторантом кафедры Международных Отношений Лондонской Школы Экономики и бывшим редактором журнала Millennium Journal of International Studies. Он также автор блога по вопросам безопасности на Кавказе http://kovkaz.blogspot.com.

Степанакерт, Нагорный Карабах © Онник Крикориан / Oneworld Multimedia 1994